Пандемия COVID-19: «чинуши» идут на абордаж!

Старинное проклятие «чтоб ты жил в эпоху перемен», в настоящее время приобретает особое звучание – мы все живем в такое время. На протяжении последних лет даже начало казаться, что хуже уже не будет – но, к сожалению, в Украине всегда есть план «Б».

Карантин с 12 марта введен на всей территории нашей страны с целью недопущения распространения нового коронавируса. Однако, как всегда, беда не ходит одна, под шумок наши чиновники решили «дерибанить» все, что успеют и смогут, ведь не известно, перед кем держать ответ после пандемии, и будет ли это нужно.

Из многих областей Украины каждый день поступают новости о плачевном состоянии государственных больниц, о незащищенных медиках, и лишь Днепропетровская область впереди планеты всей: и могилы впрок у нас роют раньше всех, и тысячи плотных полиэтиленовых пакетов закупают, и противотуберкулезные заведения с реабилитационными центрами для детей-инвалидов закрывают, медицинская реформа все-таки, надо добить то, что осталось. И даже сирот тут легко оставляют без крыши над головой – в наше время не жалко никого и ничего.

Почему-то у «свідомих» украинцев ликование вызывают лишь плохие новости о власть имущих, как говорится, у соседа корова сдохла, мелочь, а приятно… А вот когда простые люди из областной глубинки пытаются привлечь внимание общественности, чтобы не допустить расформирования Верхнеднепровского детского дома-интерната № 1, не расселять тяжелобольных сирот, не лишать их уютного дома и родного отца в лице Александра Леонидовича Змиенко, бывшего директора данного учреждения, но на данный момент уволенного, поскольку интересы подопечных для него превыше всего – так на это все закрывают глаза, тут уже своя рубашка ближе к телу.

И кто же герои нашего времени: директор Департамента социальной защиты населения в Днепропетровской области Крышень О. В., заместитель начальника управления финансового обеспечения и выполнения социальных программ Аверкин М. В., начальник управления взаимодействия с правоохранительными и контролирующими органами, правового обеспечения и антикоррупционной политики Свиренко А. А. Это те, кому сегодняшнее горе, пандемия – лучше матери родной. Под шумок они решили не просто спереть дом-интернат, выбросив детей-инвалидов, но еще и  присвоить у них 11 миллионов гривен. А сколько дней или недель проживут эти дети – в расчет не берется. Но это еще полбеды. Вопрос: а кто же им позволил это все делать? Глава облсовета Святослав Олейник куда смотрел? Куда смотрел губернатор Днепропетровской области Александр Бондаренко? А в Киеве вообще у нас есть правительство, президент, у нас есть вообще хоть кто-то, КОМУ НЕ ВСЕ РАВНО? Кроме общественников и моих коллег-журналистов?

Сегодня об этом говорят все неравнодушные люди. Но где реакция власти? Она вообще будет или нет? Или вот это тихое болото в Днепропетровской области так и будет продолжать своими действиями убивать медицину, выбрасывать на улицу детей-инвалидов с недостатками физического и умственного развития, отмывать деньги и продавать учреждения?

Родители детей, которые живут в доме-интернате, категорически не согласны с таким решением властей. Они записали  видеообращение к председателю облсовета Святославу Олейнику, написали письмо президенту Украины Владимиру Зеленскому, в надежде, что будут услышаны. Но попытки оббивать пороги областного совета и областной администрации ничего не дали, их не пускают на порог великие руководители, не в состоянии даже снизойти до народа, делая вид, мол, «моя хата с краю, ничего не знаю».

И еще. Почему нет реакции правоохранительных органов? Повязка на глазах как у богини Фемиды мешает? Или тут уже в действии притча о трех обезьянах с прикрытыми глазами, ушами и ртом: «Не вижу зла, не слышу зла, не говорю о зле»?

Несмотря на всю глухоту, слепоту, тупость и безразличие властей, со своей стороны мы продолжим бороться с несправедливостью, не дадим ее умолчать, скрыть и забыть.

 

P.S. Когда нацисты хватали коммунистов, я молчал: я не был коммунистом.

         Когда они сажали социал-демократов, я молчал: я не был социал-демократом.

         Когда они хватали членов профсоюза, я молчал: я не был членом профсоюза.

         Когда они пришли за мной — заступиться за меня было уже некому.

© Мартин Нимёллер

 

Александр Белый

Share